Музей и общественный центр им. Андрея СахароваГлавная страница сайтаКарта сайтаОб Андрее Сахарове
Общественный центр им.Андрея Сахарова
Сахаров
А.Д.Сахаров
Анонсы
Новости
Музей и общественный центр имени А.Сахарова
Проекты
Публикации
Память о бесправии
Воспоминания о ГУЛАГЕ и их авторы
Обратная связь
 НОВОСТИ   АФИША   МУЗЕЙ И ОБЩЕСТВЕННЫЙ ЦЕНТР   ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ  
    Главная >> Музей и общественный центр им. А.Сахарова >> Выставки >> Архив >> Война в Чечне обернулась террором для России. За что воюем? " >>   
 

ЗА ЧТО ВОЮЕМ?

Размышления к выставке "Война в Чечне обернулась террором в России. Памяти жертв"

I. Характер действий, которые необходимо предпринять для победы в войне, в первую очередь зависит от того, за что мы воюем. Если у войны нет осмысленной, достижимой и необходимой нации цели, ее нельзя выиграть.

Какие из целей войны в Чечне Вы поддерживаете, судите сами.

Приведенный ниже перечень целей войны России в Чечне составлен Элен Блан, сотрудницей французского Национального центра русских исследований. Этот перечень расширен куратором выставки Юрием Самодуровым* и Сергеем Чесноковым**, комментарии которых напечатаны курсивом и предваряются, соответственно, одной или двумя звездочками. Основной источник - интервью Элен Блан агентству Ассошиэйтед Пресс от 8 сентября 2004 г. в переводе Елены Лебедевой - приводится мной в сокращенном и свободном изложении и напечатан прямым шрифтом. Как и другие аналитики, Элен Блан стремится понять, каковы для российских властей реальные цели войны, которая длится уже 10 лет.

1. Война за территорию Чечни. Колониальная война, официально предназначенная для защиты российской территориальной целостности и для того, чтобы воспрепятствовать досадному прецеденту, способному задать идею независимости другим малым народам на Кавказе или за его пределами.

* В случае войны за территорию - сохранению и защите жизни населения на завоевываемой или отвоевываемой территории не придается сколько-нибудь серьезного значения. Результаты войны в Чечне: около 100 тысяч погибших мирных жителей, 400 тысяч беженцев, выехавших в первую войну за пределы Чечни (при населении 1,2 млн. человек), разрушенный на 60-80% жилой фонд г.Грозного и всего лишь от 5 до 8 тысяч убитых и умерших от ран бойцов чеченского сопротивления - объясняются именно целью войны. Победы - полного контроля над территорией - добиться не удалось, поскольку оставшейся в живых части чеченского населения хватает для того, чтобы поддерживать боевиков, ведущих партизанскую войну. Поскольку судьба населения не имеет в войне за территорию решающего значения выиграть войну за территорию можно, в принципе, посредством депортации проживающего в Чечне населения. Сталин так и поступил - завоевал территорию Чечни, а чеченцев депортировал. Сегодня у нас нет Сталина, да и не позволят чеченцы так поступить с ними и нам с чеченцами не позволят так поступить. Поэтому победу в войне за территорию Чечни мы одержать не можем.

2. Реванш: реваншистская война. Побежденное на этой территории во время первой чеченской войны высшее российское командование заново вступило в драку, чтобы вновь покрыть золотой пылью потускневший герб российской армии, наследницы слывшей непобедимой советской армии.

3. Мафиозная война. В кавказском коридоре, который связывает Россию с Афганистаном, есть газ, нефть, там же проходят и различные пути перевозки наркотиков и оружия. Кавказские мафиози, которые предпочитают дестабилизацию миру и порядку, надеются, что эта партизанская война продлится как можно дольше.

* Когда осмысленной цели у войны нет, война неизбежно вырождается в разворовывание средств. В Чечне, как в черной дыре, исчезли и будут пропадать миллиарды долларов. Эта война давно приобрела характер войны за сохранение российским генералитетом, представителями чеченской администрации, бизнеса и подобными структурами и людьми различных источников легальных и теневых доходов. Назначением новых командующих и генерал-губернаторов такой характер войны изменить нельзя.

4. Война с целью отвлечь внимание. Именно в августе 1999 г. скандал вокруг «Бэнк оф Нью-Йорк», владевшего, по меньшей мере, 15 миллиардами отмытых русских долларов, стал «номером один» мировой прессы. Разражаются другие скандалы: дела «Мабетекса», «Андавы», «Аэрофлота» и т.д.. Во все эти скандалы вовлечены советники Кремля и сама семья Ельцина. Война в Чечне случилась очень кстати именно для того, чтобы отвлечь российское и международное общественное внимание от дел, марающих имидж России. Сегодня вновь эта война служит той же цели: отвлечь общественное мнение от истинных национальных проблем. Если этот конфликт прервался бы, о чем было бы говорить в России? О царящей на этой земле нищете, о безработице, СПИДе, об олигархах …

5. Предупредительная война. Война с целью сказать: «Стой, стрелять буду!». В 1999 г. Россия, ослабленная ужасным финансовым кризисом августа 1998 г. и отпуском, который устроила сама себе власть, униженная и изолированная в момент кризиса в Косово, демонстративно выказала свое могущество внутри страны, чтобы объявить миру, что с ней все еще надо считаться.

6. Электоральная война. Война для «завоевания» избирателей. Еще вчера неизвестный русским новый премьер-министр Владимир Путин строил свой имидж сильного лидера, готового защищать Россию, атакованную ваххабитским терроризмом. Он сразу позиционирует себя как антитезу Борису Ельцину, больному и лишившемуся уважения.

7. Официально антитеррористическая, а реально смутная, противоречивая, непрозрачная и полезная власти во всех отношениях война.

Война, в которой большую роль играет поверхностный и фальшивый параллелизм между чеченским и международным терроризмом, искусственно созданная амальгама: международный терроризм=умеренные чеченские сепаратисты, Басаев=Масхадов. Эта позиция легко позволила Владимиру Путину присоединиться в сентябре 2001 г. к международной антитеррористической коалиции и оставила ему свободные руки в Чечне.

** Это война за восстановление и укрепление устойчивости режима тотальной власти спецслужб и созданного ими в годы советского режима корпоративного сообщества. У спецслужб появились колоссальные перспективы, основанные на поддержке большинством российского населения созданной спецслужбами же концепции главного врага России в лице международного терроризма (с врагом «классовым» - перспектив нет). Война в Чечне принесла спецслужбам наибольшие успехи: во все уровни власти инкорпорированы многочисленные работники спецслужб, они получили во владение или распоряжение громадные теневые и легальные ресурсы. Декларируемые действующей Конституцией гражданские права и свободы, а также СМИ и другие идеологические и организационные ресурсы используются созданным спецслужбами корпоративным сообществом как «внешнее прикрытие» для своей деятельности в качестве «надпартийной партии».

II. Когда у войны нет осмысленных и необходимых нации целей, долг интеллигенции - потребовать и помочь власти реализовать позитивные и прагматичные цели, вместо ничего не приносящей народам, кроме вреда и беды, войны.

* Прагматичная, позитивная и сравнительно простая цель - прекращение эпидемии терактов на территории России, обусловленной и личной местью шахидов-смертников за своих близких, и действиями таких не останавливающихся ни перед чем сепаратистских лидеров, как Басаев, и поддержкой вооруженной борьбы сепаратистов значительной частью населения Чечни, а также, вероятно, некоторыми международными террористическими организациями. Наиболее быстрым и простым образом прекратить связанные с чеченским сепаратизмом теракты на территории России можно выводом войск и отделением от России всей территории Чечни или ее горной части с приданием ей внегосударственного статуса территории, находящейся под протекторатом и контролем вооруженных сил ООН и управляемой смешанной чеченской и международной администрацией (план Ильяса Ахмадова, министра иностранных дел из правительства Аслана Масхадова). Если ООН согласится взять на себя такую «головную боль», то, возможно, через 15-30 лет новые поколения чеченских и российских политиков вернут этот протекторат в состав демократической России или его, с согласия России, будет ждать какая-то иная судьба. Существует и ряд других планов, так или иначе связанных с выводом российских войск и участием международных посредников и направленных на прекращение войны в Чечне и прекращение связанных с этой войной терактов в России.

Все это, конечно, сложные вещи, но решение проблемы Чеченской Республики и проблемы прекращения терактов на территории России действительно зависит от того, ЗА ЧТО мы с сепаратистами и поддерживающей их частью населения Чечни ведем войну, и лишь во вторую очередь от того, участвуют ли в этой войне с Россией международные террористы или нет.

* Борьба за целостность России и ее демократический конституционный строй - сравнительно сложная, позитивная и необходимая для существования современного, европейского типа общества и государства цель, имеющая ощутимое число сторонников среди жителей и России и Чечни. Меры и усилия направленные на реализацию этой цели, безусловно, «стоят свеч» и, по нашему мнению, укрепят нацию и государство.

Для значительной части нации (но не для нынешних президента, его администрации, Госдумы) - Россия, это не только территория, но и ее жители и ее демократический конституционный строй. Поэтому, борьба за целостность России это, отнюдь, не колониальная война за территорию Чечни, а решение и осуществление комплекса проблем и мер политического, законодательного, дипломатического, экономического, военного, культурного характера направленных применительно к решению проблемы Чеченской Республики на то, чтобы, во-первых, вынудить лидеров и актив чеченских вооруженных сепаратистов и ту часть населения Чеченской Республики, которая их поддерживает, отказаться от вооруженной борьбы и помощи боевикам и перейти к легальной политической борьбе за независимость Чечни, а во-вторых, на то, чтобы выдержать и честно выиграть (что, отнюдь, не гарантировано) борьбу с сепаратистами на политическом и правовом поле (то, что Ахмат Кадыров и Аллу Алханов были избраны президентами Чечни в условиях фактического военного положения и при отсутствии конкуренции со стороны сепаратистов, не является демократической конституционной победой над ними).

Для этого в Конституцию и законодательство России прежде всего необходимо включить положения и механизмы допускающие право и условия выхода территории Чечни или ее части из состава России (может быть, с правом возвращения в Россию, на определенных, жестких условиях). При этом возникнут многие проблемы и вопросы - как поступить с Басаевым, у которого нет будущего, как у легитимного политика, поскольку он взял на себя ответственность за многие теракты, как не допустить нестабильности в окружающих Чечню республиках, но и эти проблемы, вероятно, можно активно решать на тех же принципиальных основаниях, не доводя дело до новых трагедий, подобных той, что произошла в Беслане.

Тех жителей Чечни, кто не хочет жить в составе России, следует пробовать переубедить, чтобы привлечь на свою сторону подавляющее большинство из них. Для этого требуется применить разные подходы: переговоры, амнистия, допуск иностранных наблюдателей на территорию Чечни, недопущение дискриминации чеченцев в разных сферах жизни на всей территории России, может быть, следует попробовать предоставить детям всех чеченцев или детям актива сепаратистов и молодым боевикам средства и привилегии на получение образования. Это всего лишь часть того, что можно предложить и сделать, чтобы заинтересовать и вынудить сепаратистов и поддерживающую их часть населения Чеченской республики прекратить вооруженную борьбу и либо вообще отказаться от идеи государственной независимости, либо продолжать бороться за выход Чеченской Республики из состава России конституционным и политико-правовым образом.

Чтобы вести борьбу за целостность России, подразумевая под этим понятием и ее территорию, и ее жителей, и ее демократический конституционный строй, прежде всего необходимы политическая воля президента страны, Госдумы, Правительства и поддержка их усилий в этом направлении со стороны российских политических партий, общественных деятелей, общественных организаций, СМИ, правительств стран Европы, правительства США, международных организаций. Что касается российских правозащитников, многие (но не все) поддержали бы усилия власти в этом направлении.

Юрий Самодуров, куратор выставки

  << Вернуться