Поиск по сайту
Андрей Дмитриевич Сахаров. Биография. Летопись. Взгляды
Музей и общественный центр им. Андрея СахароваГлавная страница сайтаКарта сайта
Общественный центр им.Андрея Сахарова
Сахаров
А.Д.Сахаров
Анонсы
Новости
Музей и общественный центр имени А.Сахарова
Проекты
Публикации
Память о бесправии
Воспоминания о ГУЛАГЕ и их авторы
Обратная связь

RSS.XML


Пожертвования









Андрей Дмитриевич Сахаров : Библиографический справочник : в 2 ч. Ч. 1 : Труды : Электронная версия


Фильм Мой отец – академик Сахаров :: открытое письмо Генеральному директору Первого канала Константину Эрнсту


 НОВОСТИ   АФИША   МУЗЕЙ И ОБЩЕСТВЕННЫЙ ЦЕНТР   ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ    КАЛЕНДАРЬ 
    Главная >> Музей и общественный центр >> Проекты >>Конкурс учителей: 2006-2007 год    
 
Содержание страницы
Журнал "Литература" и сайт Чуковских проводят конкурс методических разработок по книгам Лидии Чуковской



Первый день. 11 мая 2007. Часть 1. Конференция по итогам 5 конкурса учителей

11 мая, пятница



9.30 —10.00 Регистрация участников в Музее и центре имени Андрея Сахарова



10.30 —12.20 Пленарное заседание. Доклады (регламент —40 минут, ответы на вопросы):

Ведущий —директор Музея и Общественного центра имени Андрея Сахарова -Юрий Вадимович Самодуров



Кассета № 1 —11.05.07.

  • Вводное слово
  • Вводное слово

    Самодуров Ю.В.

    «Хочу сказать, что в зале собрались победители региональных конкурсов по теме «История политических репрессий и сопротивления несвободе в СССР» и организаторы этих конкурсов. В этом году конкурс прошел в 5-й раз. Что будет дальше, обсудим завтра с организаторами и с теми из учителей, кто захочет участвовать в нашем обсуждении. В этом году, как, впрочем, и всегда, приглашая вас, мы рассчитывали, хотели и хотим, прежде всего, не просто ограничиться раздачей наград и разговором о том, что делаете вы, но и, как всегда, стараемся пригласить интересных людей. Ученых, культурологов, правозащитников, в этом году у нас даже священник будет выступать. Для того, чтобы поговорить о смысле того, что мы с вами делаем. И я хочу начать с того, что, как мне кажется, нового возникло за истекший год для всех нас, в том числе, для участников этого конкурса. Скажем так, жизнь в стране становится какой-то все более странной, может быть, и непредсказуемой. Свидетельство этому —вот я сегодня встаю, включаю «Эхо Москвы», в Самаре задержали журналистов, которые приезжали освещать марш несогласных. Казалось бы, что такое «Марш несогласных» хотя бы в Москве? Это 2000 в основном интеллигентных людей, половина, наверное, моего возраста и старше, но которые хотят действительно свободных выборов, хотят, чтобы у оппозиции был свободный доступ к СМИ, собственно говоря, больше ничего. Никто, грубо говоря, на кремлевскую стену лезть не собирается. И, несмотря на это, в Москве 14 апреля власти устроили день страха для всех, кто в тот день, скажем, находился в центре, просто поехал посмотреть, а что это такое или хотел в этом участвовать. Это был день запугивания всех. В общем-то, если власть занимается такими вещами, то это какая-то странная власть. И это не логика уважения закона, права, это тупик. И в этой ситуации мы существуем. И тем не менее, мне хочется сказать, что у нас у всех какие-то громадные ресурсы в культуре, в широком смысле слова, для того, чтобы заниматься тем, чем мы с вами занимаемся. У нас 20 мая в сквере будет праздник свободы - сахаровская маевка. Тема главная этого праздника то, что о свободе надо говорить на всех возможных языках. Философия, как язык защиты свободы, право, обыденная речь как язык защиты свободы. Вы сидите в этом зале и своими глазами можете видеть, что вот, например, фотография —она тоже может быть языком защиты свободы. Эти фотографии участники и свидетели марша несогласных просто прислали в музей, они сделаны спонтанно, не на заказ. Вот с этой стороны —выставка живописи Джулии Арье. Ее тексты, ее искусство —это тоже язык защиты интеллектуальной художественной свободы. В общем, некоторые из тех уроков, я посмотрел только уроки победителей, я не был в жюри, не ставил оценок, но посмотрел и восхитился. Многие из этих уроков —это, действительно, уроки истории и литературы, они тоже могут быть, как и педагогика, языком защиты свободы. Может, это самое главное, что я для себя вынес, просмотрев эти уроки. Настолько интересно обсуждение событий нашей советской истории на основе того, а каковы были мотивы героев, каково было отношение героев к интеллектуальной, политической, религиозной свободе, к свободе совести. Вот что они делали? Они работали на нее или они ее боялись, придавливали, придушивали, как бы сказать? И вот это живое обсуждение на уроках в этом году необыкновенно здорово проявилось. Я хочу сказать, что у нас даже программа сегодняшней конференции построена как программа говорения специалистов в разных областях, каждый из которых на своем языке говорит фактически о защите свободы. И в истории нашей страны, и в сегодняшнем дне тоже. И даже наша культурная программа последнего дня, вот если посмотрите, там есть экскурсия в Третьяковскую галерею, - «Современное искусство как язык защиты свободы». Вот просто как пример современных художников —Леонид Соков, замечательный, издательство Русского музея. Кто захочет, потом посмотрит.

    Что говорить, наша культура, и преимущественно для учителей, это культура слова. За слово люди шли в тюрьму —«Хроника текущих событий». Даже за чтение —книг Конквеста, Солженицына, за это тоже получали сроки. Слово как-то преобладает в нашем сознании, со времен Аввакума, по крайней мере, для людей вашей, нашей профессии. Но, я говорю, есть масса других средств в нашей культуре, которые тоже защищают свободу. И многие учителя просто прекрасно это на своих уроках использовали, и я, когда это видел, был, честно говоря, в восторге. Собственно говоря, на этом заканчивается мое вводного слова, далее я приступаю к обязанностям ведущего этого пленарного заседания и хочу сказать, что есть некоторые изменения в программе. Мы планировали, что первым с обращением выступит Сергей Адамович Ковалев. Он перенес свое выступление на завтра. Он выступит в продолжение доклада Александра Даниэля «История сопротивления несвободе в СССР как необходимый элемент школьного курса истории XX века», выступит со своими более широкими обобщениями и мыслями. Поэтому сегодня мы начинаем докладом Игоря Григорьевича Яковенко, доктора философских наук, главного научного сотрудника института социологии РАН, профессора РГГУ «Культурные истоки тоталитаризма в России».

  • Доклад «Культурные истоки тоталитаризма в России»
  • Культурные истоки тоталитаризма в России

    Докладчик: Яковенко Игорь Григорьевич, доктор философских наук, главный научный сотрудник института социологии РАН, профессор РГГУ



    Яковенко И.Г.

    « Здравствуйте, коллеги. Я начну с одного общего положения. Есть разные темы для докладов и выступлений. Бывают темы, что называется, благодарные. Ты говоришь, аудитория тебя благожелательно слушает, сочувствует, переживает, потом благодарит. А бываю темы тяжелые и неблагодарные. Так вот, тема моя —одна из самых тяжелых. И мы должны это понимать, когда обращаемся к разговору о внутренних, коренящихся в культуре источниках репрессий.

    Существует априорное неприятие хода мысли, которая стремится искать источники трагических и остро негативных явлений внутри собственной культуры, в природе своего народа. Так устроена любая культура. Я культуролог, и преодолевать ценностные барьеры любой культуры - моя профессия. Всякая культура устроена таким образом, что формирует человека, который в ней воспитан, в лояльности к себе самой. Причем, чем более важные сущностные основания в этой культуре, тем более они априорны и не подлежат осмыслению. Скажем, живет человек кочевником, и знает, что настоящий человек, настоящий мужчина должен ездить в седле, а эти черви, которые там, в земле копаются - люди второго сорта, и по другому быть не может. Если же он будет воспринимать мир по другому - то перестанет быть кочевником. А, скажем, скифы панически боялись воды, они жили в степях, а море было для них местом смерти —так мир устроен.

    Именно поэтому, в эпохи больших исторических кризисов, общество, которое желает выжить и ищет в себе самом ресурсы для самоизменения, сталкивается с огромной проблемой: ему надо перешагнуть через ценностные барьеры собственной культуры, развернуть критику глубоких оснований, разобраться, в чем истоки. Вот поэтому наша тема сложна и для исследования, и для обсуждения.

    Возьмем обыденный дискурс, самый массовый, который присущ всем, в той или иной мере и нам, мы с ним постоянно сталкиваемся. Что мы знаем твердо? Что мы - люди хорошие, отзывчивые, работящие. Сколько раз мы слышали о том, что у нас прекрасный народ? Есть, конечно, некоторые недостатки, мы их признаем, но в главном, народ наш совершенно прекрасный. Но, понимаете, ему как то фатально не везет. Власть всегда плохая. Чтобы кто-то сказал, что власть хорошая —я такого не помню. Соседи нас почему-то не любят. Вроде мы к ним и с добром, и с сердцем, столько добра сделали: что в Польше, что на Кавказе. Но вот не любят нас. И живем мы, почему-то, бедно и убого. Тогда возникает проблема: если мы хорошие, а жизнь, нас окружающая, и в прошлом, и в настоящем, либо чудовищна, либо несимпатична, значит, есть какие-то обстоятельства, которые к этому приводят, но они вне нас. Ответ простой - есть враги. А вариантов масса: польская интрига, католицизм, мировой империализм, жидо-масоны, кавказцы, глобалисты, дальше по списку, вы, наверное, и без меня это слышали.

    Может быть, виноваты какие-то особые условия? Скажем, с эпохи Перестройки, пошли разговоры о том, что Россия —страна, которую постоянно все завоевывали. Я любопытства ради, положил перед собой хронологию мировую и посмотрел на Европу. Это же чистая мифология. Европа Западная постоянно, вплоть до второй половины 17 века подвергалась завоеваниям и нашествиям: и сарацины, и арабы, и авары, и венгры, и германцы, и турки, и гунны, и монголы. Я уже не говорю о внутри-европейских войнах, которые бывали не менее кровавы и разрушительны. Просто наше сознание ищет какие-то объяснения того, что с нами происходит.

    Давайте мы рассмотрим несколько фактов. В годы «большого террора», 37-38 гг., примерно, за два года в компетентные инстанции поступило 5 млн. доносов. Доносы писали простые советские люди. Из каких мотивов они это делали — интересный вопрос. То ли автор доноса хотел въехать в комнату соседа, то ли этот сосед ему не был симпатичен, то ли доносчик был идейным советским человеком и выяснил случайно, что бабушка соседа была из купцов. Мотивы, наверняка, были самые разные. Но факт остается. Об этом надо помнить. Помнить в частности для того, что бы не валить все на НКВД, ОГПУ, советскую власть, Ленина в запломбированном вагоне. Надо разбираться с вещами более существенными и серьезными.

    Второе фактическое обстоятельство: Германский фашизм - бесчеловечная доктрина, характеризовавшаяся чудовищной практикой. Гитлеровская государственная машина вырезала целые нации —евреев, цыган. Но что любопытно: германский фашизм приговорил к смерти и уничтожил 300 000 немцев. В сравнимых пропорциональных величинах немцы уничтожали своих соотечественников в 5-8 раз меньше, чем русские. Иными словами, для практиков германского фашизма жизнь немца стоила дороже, чем жизнь русского для коммунистического режима. Я думаю, что это различие объяснимо в рациональных категориях. Для любого государства главный ресурс —люди, и уничтожение людей для немцев было нерационально: их можно было заставить работать. Но факт остается, его надо, как минимум, осмысливать.

    Еще одно соображение: идейный комплекс, который мы называем «коммунизм», восходит к Сен-Симону, Кампанелле, Фурье, Марксу, Энгельсу. Он возникал и теоретически оформлялся в Европе, а победил политически впервые в России, потом в Китае. Социал-демократия была очень сильна в дореволюционную эпоху во Франции, в Австро-Венгрии, Германии. Это были парламентские версии социал-демократии, которые двигали общество к сильной социальной политике. А коммунистическая диктатура победила в России. Мы должны эти вещи, как минимум, осмысливать.

    Тоталитаризм в России базировался на коммунистической идеологии. Вообще говоря, в XX веке это не единственный вариант тоталитаризма, был фашизм. Но заметим, что фашизм —вещь неустойчивая, он либо быстро погибает в военно-политической катастрофе, либо лет через 40 трансформируется в нормальную буржуазно демократию, как это произошло с Испанией, Португалией. А коммунизм —куда более устойчивая сущность. И если мы с этих позиций посмотрим на историю XX века, то обнаружим, что на огромной части земного шара, которая была охвачена коммунистическими или прокоммунистическими режимами, коммунисты самостоятельно пришли к власти буквально в нескольких странах. В Европе из восьми стран социалистического лагеря, коммунисты самостоятельно пришли к власти сами в России и Югославии. В Латинской Америке коммунисты пришли к власти на Кубе. Не сразу, режим Кастро претерпел эволюцию, но тем не менее. В Азии коммунисты приходят к власти в Китае. В Африке — в Эфиопия. Ничего сколько-нибудь устойчивого кроме режима Менгисту Хайли Мариама в Африке я не помню. Во всем остальном мире коммунистические режимы пришли к власти на советских или китайских танках.

    В христианском мире коммунисты приходят к власти и сравнительно легко удерживаются в православных странах. Это очевидно. Либо на глубокой периферии католического мира, какой является Куба. Скажем, в Италии, Франции, Испании коммунистические партии сильны, борются за власть, но никогда не могут ее получить, ни парламентскими методами, ни военными, история это хорошо нам показала. Ни в одной из стран исламского мира коммунисты не пришли к власти самостоятельно. Советский Союз примучил к коммунизму Среднюю Азию, она была частью империи, ее завоевали заново. Но как самостоятельная сила коммунисты в исламском мире не имеют шансов. Это надо осмысливать, это очень интересно. Индийская цивилизация избежала и, как мы понимаем, достаточно индифферентна к коммунистическим идеям. В протестантском мире коммунисты не только не приходили к власти, но никогда не выбирались из загона политических маргиналов. Компартии в протестантских странах — крошечные секты. Мне нравится пример Англии. Английские фашисты насчитывали порядка 3-4 тысяч человек, а коммунистическая партия —6 тысяч.

    В России большевики пришли к власти, в результате развернутого референдума, который длился годами и назывался «Гражданская война». Надеюсь, мне не надо в этой аудитории доказывать, что гражданская война по своей природе есть ситуация, в которой люди свободно выбирают стороны противостояния, потому что прежнее государство разрушилось, нового государства нет, борются разные силы. В Гражданской войне ни на заградотряды, ни на расстрел заложников выбор общества не спишешь. Народ пошел за большевиками и это - фундаментальный исторический факт. Посмотрите на численное соотношение белых и красных армий.

    Во времена перестройки, утверждается интеллигентская мифология, согласно которой коммунисты за 73 года извратили наши представления о мире, изменили культуру, провели отрицательную селекцию. Наверное, на том этапе осмысления такой ход мыслей был понятен. Однако у меня и тогда возникал вопрос: а что, эти большевики, они с Марса упали? Мы должны твердо осознать, что советская власть была плоть от плоти, кровь от крови и исторический результат развития России. Только тогда, когда мы это поймем, можно будет уйти от всей этой мифологии, помните фильм «Россия, которую мы потеряли».

    Последнее суждение компаративистского характера. В ХХ веке на Земле устойчиво существовали десятки коммунистических и про-коммунистических режимов. Однако масштаб террора и уничтожения своих граждан, который был реализован в СССР, сопоставим только с тем, что произошло в Кампучии. Там масштаб террора был тот же, либо превосходил российский. Попадая в коммунистическую рамку, Болгария или Германия ведет себя по одному, а Россия —по-другому.

    Все эти соображения заставляет задаваться проблемами исторических истоков и цивилизационных оснований, которые порождали страшные феномены XX века.

    Возникновение тоталитаризма в России, и его характер задавался мозаикой факторов. Понятно, что было запаздывающее развитие, догоняющая модернизация и множество других обстоятельств, провоцирующих жесткий политический режим. В ряду этих факторов важными, на мой взгляд, определяющими являются цивилизационные характеристики России. Заметим, многие страны второго и третьего эшелонов модернизации пошли другим историческим путем.

    Иными словами, когда мы возносим хвалу нашему народу, надо помнить, что народ этот —носитель определенного типа культуры. Эта культура задала ту конкретную генерацию, с которой мы живем, которую любим, и которой восторгаемся. И наш народ, вместе с нами, воспроизводит эту культуру. Без анализа культуры, без понимания ее оснований нам не дойти до глубинных причин фактов и обстоятельств, которые неприемлемы для нас. Как я уже сказал, культура закрыта изнутри для непредвзятого анализа. Средний носитель культуры не может понимать, как она устроена. Это нормально. Причем, чем более жесткая культура, тем более ее основания закрыто для исследователя. На счастье, в XX веке сложились дисциплины культурологического цикла: это сама культурология, а также цивилизационный анализ или цивилизационная компаративистика, антропология. Цивилизационная компаративистика —предмет моих профессиональных занятий, поэтому мне есть, что сказать.

    Начнем с того, что история человечества выработала две большие модели устройства общества и культуры или, как говорят, социо-культурного универсума. Есть персоно-центристская и социо-центристская модели. Понятно, что социо-центристская исторически первична. Человек возникал в рамках, архаического общества, он был не вычленен из этой целостности. Родовое мышление было основой. Вокруг него формировались первые ранние государства и т. д.

    Но однажды происходит качественный скачек. Когда это произошло, какая мозаика факторов сработала, что входит в набор базовых оснований нового исторического качества - полис, античная философия, римское право, еврейская религия —все это специальные, большие проблемы, мы не будем в них вдаваться. Нам надо понимать, что где-то к XV веку, к Реформации в Европе появляется персоно-центристской модель универсума. Она появляется как результат долгого предшествующего развития, истоки которого восходят к античному полису. И это такая модель устройства общества, государства и культуры, когда отдельный человек кладется в ее основание.

    Здесь надо остановиться и задуматься. Дело в следующем: мы часто повторяем ритуальные формулы, не вдумываясь в их смысл. В ХХ веке социо-центристские общества сплошь и рядом используют персоноцентристскую риторику. Начнем с того, что разберемся с самим собой. Что для вас первично, базово, онтологично - дерево или лес, в котором растет дерево? Для каждого из вас? Либо вы мыслите лесом, либо - деревьями. Во втором случае, лес - вторичная, служебная категория. Зачем нужен лес дереву? Потому что отдельному дереву на поле выживать сложнее. И это - ценностная и онтологическая позиция. Либо мы мыслим деревьями. Тогда лес —это свободная ассоциация деревьев, существующая для определенных целей. Либо мы мыслим лесом. Тогда отдельное дерево, отдельный человек —есть клеточка, элемент органического многоклеточного целого. Целое абсолютно, целое первично. Это —совершенно иная ценностная и онтологическая позиция.

    Я говорю о вещах, которые можно формализовать и проговорить. Но на самом же деле эти установки и мыслительные модели лежат где-то в спинном мозге. Мы с вами живем в стране, где в конституции, что в советской, что, тем более, в сегодняшней, написано: полнота суверенитета принадлежит народу. Там написано много правильных слов, и про демократию, про права каждого гражданина. Но мы же знаем, что это все слова. Надо понимать —есть декларируемые ценности, и есть сущностные основания, которые сидят в сознании каждого человека. Так вот по этим основаниям, в России существует социо-центристское общество. Общество, котором целое первично и самоценно. Все же остальное существует потому, что допускается целым, служит этому целому, возможно в рамках этого целого. И это —фундаментальная установка, которая существует в культуре. Она не порождена идеологией, она не порождена XX веком, она существует с давних пор. В зависимости от того, что кладется в основу универсума, выстраивается вся система социальных политических и культурных характеристик общества.

    Персоно-центристская модель задает примат такой сущности, как абсолютные нормы права и абсолютные нравственные принципы. Есть законы, и они непременны; они равно приложимы к королю, чиновнику, последнему бездомному нищему. Закон есть закон, он абсолютен. Есть нормы нравственные. Если это поведение является безнравственным, то эта оценка в равной степени относима и к римскому папе, и к генеральному секретарю, и к моему собственному отцу. И мой сын не только имеет право, но и должен оценивать меня в соответствии с теми самыми абсолютными нормами, которые мне заповеданы моими предками, а я постараюсь донести их до моих детей.

    Почему это так, как персоно-центристский космос связан с приматом права и норм морали — тема более долгого разговора. Нам важно зафиксировать саму связь. Из этого вытекают, в конечном счете, все институциональные, политические, культурные характеристики общества правовой демократии: разделение властей, независимый суд, состязательная политическая система, гражданское общество, не буду детализировать.

    Если же мы рассмотрим социо-центристский вариант, то здесь выстраивается совсем иная картина. В социо-центристском обществе истина, сила и право всегда за иерархией. Иначе и быть не может, ибо иерархия является носителем и выразителем идеи целого. Возьмем традиционную, патриархальную семью и посмотрим, как в такой семье разворачивается типичный конфликт между взрослеющими детьми и отцом. В такой ситуации мать, бабка, другие старшие родственники всегда пытается конфликт снять. Но они стремятся оформить это так, что отец в итоге окажется прав. В реальной ситуации он может быть не прав, и это все понимают. Но отец - носитель иерархического статуса. Поэтому мать будет давить на ребенка, уговаривать его, канючить. В итоге, мир в доме покупается ценою торжества иерархии над нравственностью.

    Мы ведем речь о государстве, но оно производно от того, как устроены мозги у типичного обывателя. Вы помните трансляции торжественных заседаний из Колонного зала Дома союзов. Президиум - Политбюро, члены правительства - сидит на возвышении, на специальной сцене вознесенной над залом. А слушатели - люди символизирующие советский народ - внимают Президиуму снизу. Замечали ли вы, что европейские парламенты построены амфитеатром? Это ведь далеко не случайно. Парламенты исторически возникают из соотнесения короля и населения. Идея амфитеатра состоит в том, что король или его представители сидят на некотором возвышении, но этому возвышению соотнесен амфитеатр депутатских кресел. Кто-то из депутатов сидит ниже короля, кто-то - на одном уровне, а кто-то - выше. То есть своей совокупности народ, соотнесенный с королем, ему равен. Потому что вертикаль - универсальная культурная константа, это я вам свидетельствую как культуролог. Вы помните, как на советских конвертах писался адрес? Республика такая-то, город такой-то, улица, дом. И в самом конце, в самом низу - Пупкину Федору Евстигнеевичу. А как пишется адрес в цивилизованном мире? Джону Сильверу, а уже дальше - улица, город, страна. Все это —вещи неслучайные, в них выражены сущности, о которых мы с вами говорим.

    Мы живем в обществе, большая часть членов которого видит и понимает мир социо-центристки. Отсюда —неподконтрольность бюрократии обществу, невозможность независимого суда, крах попыток разделения властей, управляемая демократия, муляжи политических партий, медленное, но неуклонное удушение ростков гражданского общества и т. д.

    И еще один специальный сюжет. Из персоно-центристской модели рождается такая идея, как признание права частной собственности. Частная собственность возникает на заре истории, мы это хорошо помним. Но собственность может быть осознана как попущение Божие, как грех, как нечто такое, от чего мы должны избавиться, а может пониматься как высокая социальная и нравственная ценность. На знаменах Великой французской революции было начертано: "Собственность есть священное, неделимое право". Давайте положим руку на сердце и спросим себя — каков статус идеи частной собственности в нашей стране? Шестнадцать лет, как в России у власти нет коммунистов, но собственность так и не стала ценностью. Ненависть к богатым - реальность нашего общества. Другое дело, что сейчас в сознании массового человека возникло допущение имущественного неравенства. Племянник имеет булочную, и это уже не отними. Но общая идея частной собственности не мыслима. Можно ли найти человека, который готов умирать за принцип собственности; не за свою собственность, а за право каждого гражданина России быть собственником. Этот ход мысли не вкладывается в нашу культуру.

    В чем же дело? Любая культура устроена по принципам самоорганизации. Все ее подсистемы и отдельные элементы работают на самосохранение и самоподдержание. Собственность является социальным базисом личностной автономии. Если возникает частная собственность, человек получает экономическую независимость. Если он обретает независимость, то начинает распадаться традиционная целостность. Община веками подавляла стремление своих членов к экономической независимости. Вспомним, как русский крестьянин реагировал на реформы Столыпина. Неприятие идеи частной собственности в России —глубоко сущностная, заданная природой культуры реакция. У меня есть тяжелое предчувствие, что в XXI веке народы, которые не принимает идею собственности, будет просто сниматься из истории. Это касается всего земного шара, а не только России.

    Меня поразили два исторических факта. Если вы помните, после аннексии Закарпатской Украины советская администрация развернула там земельную реформу. В рамках этой реформы, помещичьи земли отнимали и раздавали крестьянам. Так вот, закарпатский крестьянин землю не брал - грех это, чужое. Ну ладно, Закарпатье веками существовало в рамках Центральной и Восточной Европы, здесь утвердились европейские ценности. Но 30 лет назад, в Афганистане повторилась та же картина. Местные коммунисты также пытались провести земельную реформу, и афганский декханин не брал чужую землю. Афганистан представляется нам дикой, ранне-средневековой страной. В Афганистане есть регион, в котором до 30-х годов ХХ века держалось язычество. Тем не менее, такая базовая, структурирующая цивилизацию идея, как частная собственность, вошла в плоть афганской культуры. Пророк Мохаммед был племянником купца, и идея частной собственности в исламскую цивилизацию впечатана намертво. Поэтому коммунистам нечего делать в исламском мире. Что же касается России - то она не принимает идею частной собственности. И это очень важно.

    Возникает вопрос: почему в России из двух моделей - персоналистской и социо-центристской - всякий раз выбирает социо-центристскую? Февральская революция, по идее, была революцией буржуазной, говоря старым языком, она реализовывала движение в сторону персоно-центристской модели. И сколько просуществовал этот режим? Счет на месяцы. В 1991 году победили близкие идеи - свободы, персоны, личности. На этот раз откат от персоно-центристских установок занял не 8 месяцев, а, скажем, 8 лет. Россия не просто из себя не рождает персоно-центристского общества, она его отторгает, как чуждую сущность.

    Но, почему так происходит? Потому, что в нашей культуре автономная личность не формировалась. Она была представлена в ничтожном количестве и статус ее был низкий. Процессы выделения этой личности блокировались культурой. Сколько-нибудь массово личность в России стала появляться после разворачивания вестернизующей модернизации. Петр I начинает весатренизацию, появляются люди европейского образования, европейской культуры, живущие в европеизующихся городах. И впитывая эту западную культуру, часть из них принимает отдельные личностные ценности. Так формируется эта самая личность. Тогда и начинается раскол, который обсуждали славянофилы, между народной, традиционной культурой, которая личность отторгает и не принимает, и культурой личностной, которая была представлена, к примеру, в аристократах эпохи Екатерины или в интеллигенции XIX века. Модернизация рождала личность с необходимостью, что же касается народа, то он жестко блокировал любые тенденции к распаду традиционного мира. Помните, у Глеба Успенского в одном из рассказов приводится такое крестьянское словосочетание: "свое средствие". Это - "красный петух", которого пускали быстро разбогатевшему соседу.

    Можно пойти дальше этих констатаций и задаться следующим вопросом: как устроена наша культура, почему она характеризуется противостоянием процессу персонализации? Если мы готовы с вами об этом говорить, придется вводить определения и обсуждать специальные вещи. Есть в культурологии понятие "культурное ядро", то есть — базовое основание культуры, из которого вырастает вся остальная феноменология. Идея этого культурного ядра или "цивилизационного кода" теоретически слабо разработана, целостной теории пока не сложилось. Но мыслящие цивилизационисты к этой теме все время обращаются. Ибо концепт культурного ядра позволяет отвечать на вопрос - в чем суть конкретной культуры или цивилизации.

    Я могу рассказать, о своем видении этой проблемы. В основании нашего цивилизационного ядра лежит идеал синкрезиса. Под синкрезисом понимается то исходное состояние общества и культуры, которое характеризуется связью всего со всем. В первобытном обществе не выделились отдельные профессии, не выделились социальные статусы. Мифоритуальный комплекс содержит в себе зачатки религии, художественной культуры, знаний о мире, систему норм и моделей поведения и т.д. Вот такое слияние всего со всем и понимается как синкрезис.

    А теперь представьте себе общество, в котором синкрезис мыслится как идеал. Вы помните русскую крестьянскую утопию: Беловодье, Опонское царство? Это такое общество, где нет ни богатых, ни бедных, где нет больных, нет власти, то есть, нет разделения на власть и подвластных. Есть какой-то крестьянский царь, который сам пашет землю и правит малым количеством бояр. Эта картинка интересно соотносится с коммунистической эсхатологией. Вы помните - отомрет государство, не будет богатых и бедных, расцвет и сближение социалистических наций, слияние труда умственного и физического, слияние города и деревни. Такое же царство синкрезиса, но выраженное в другой семантике. Я - живой свидетель. Простые, недалекие люди верили в коммунизм еще лет сорок назад. Синкрезис лежит в основаниях нашего цивилизационного кода, и мыслятся как абсолютный идеал.

    Тут, правда, есть одно но. Реальность решительно отступает и уклоняется от этого идеала. В религиозных терминах, попущение Божие уводит мир от царства синкрезиса. Традиционный человек вынужденно принимает реальность, но для него главное - не дать дальше раздробить мир. Попробую объяснить, что имеется в виду. Почему для пожилого человека традиционный советский директор завода милее, чем собственник этого завода? Казалось бы, какая разница, если зарплата сопоставимая? Дело в следующем. Советский директор был еще членом Райкома партии. То есть власть земная, власть небесная (партия) и собственность объединялись в одном лице. А частный собственник разрывает политическую власть и собственность, фиксирует следующий уровень дробления синкрезиса. Вспомним, и славянофил, и советский интеллигент были сторонниками такой утопии: крестьянин выращивали свой урожай и сам продает его на рынке. Человек, понимающий азы экономики осознает, что специализация эффективнее. Ранняя мануфактура побеждала за счет специализации, которая давала резкий выход эффективности. Однако, ситуация, когда возникает отдельно сфера производителя и сфера товарообращения - ситуация более аналитическая, она дробит синкрезис. Разговоры о том, что торговец наживается - всего лишь рационализация безошибочного культурного инстинкта. В любой ситуации традиционный человек предпочтет нераспавшийся, синкретизованный вариант.

    Как мыслится Царство Божие? Та же слитность всех в идее Бога. Что такое православная соборность? Это единение наших предков с нами и с нашими потомками в единстве Рода. Все эти мифологические конструкции восходит к идее синкрезиса.

    Следующий момент, цивилизационного ядра - особый познавательный и оценочный конструкт "должное-сущее".. Есть в сознании русского человека идея должного. Должное - это некоторый небесный идеал совершенства, которому должна соответствовать реальность. Должное наделено абсолютной ценностью и, в некотором высшем смысле, абсолютно подлинно. А - сущее, это тот профанный, мир, в котором мы живем. Сущее второстепенно, не значимо и как ни странно, не является подлинным. Возьмем классического советского интеллигента. Жил он неустроенно, квартира сыпалась, быт ложился на жену. А наш интеллигент читал книжки, сидел за рюмкой чая на кухне с приятелями и рассуждал об идеальном устройстве мира. Поскольку главная, подлинная его жизнь разворачивалась в идее должного, в мыслях, размышлениях, об абсолютном добре. Бескрылый западный буржуин или отечественный мещанин живет в мире реальности: зарабатывает деньги, обустраивает свой мир, свой дом, поднимет детей. Это совершенно иная ценностная позиция. Установка на должное и отторжение сущего будет обязательно задавать загаженные лестничные проемы, заборы с выдранными штакетинами, раздолбанные дороги. Все это - вещи не случайные, глубоко укорененные в культуре.

    С точки зрения человека традиционного мир не соответствует должному, и скандально от него уклоняется. Когда это уклонение превышает некоторый критический уровень, человек традиционный поднимается и сносит историческую тенденцию уклонения от должного, вместе с ее носителями.

    К примеру, в думе, и в массовых коммуникациях многократно поднимается вопрос о запрещении мата. Понятно, что матерная ругань

    - вещь несимпатичная, с ней надо бороться, прежде всего, в себе самом, но как можно запретить явление языка и культуры? Для человека рационально мыслящего это вещь невозможная. Для человека, мыслящего в идее должного, если мат - плохо, не соответствует должному, его надо вырезать из жизни. В равной степени, заметим, в нашей стране нет законодательства, регулирующего проституцию. По оценкам экспертов, проституция имеет оборот в миллиарды долларов. Нелегитимная проституция разлагает правоприменяющие органы, на ней паразитирует оргпреступность, бюджет не получает налоги, вся эта сфера разворачивается вне правового регулирования. Зато наш закон, так сказать, чист, он эту вещь не регулирует. Проституция существует в реальности, но не признана, не существует в нормативной модели общества.

    Следующий элемент культурного ядра - эсхатологический комплекс. Эсхатология вытекает из должного и сущего. Поскольку должное не реализуется в реальности, русский человек чает пресуществления мира в эсхатологической перспективе. Однажды, чудесным образом, все изменится - революция случится, второе пришествие - мир преобразится, настанет благодать. В воспоминаниях Веры Фигнер есть интересная деталь. Фигнер пишет - когда мы узнали об убийстве Александра II, все плакали, радовались и верили, что завтра Россия преобразится, настанет новый, справедливый мир. Вдумаемся: как убийство одного немолодого человека может изменить мир? Перед нами чисто эсхатологическое сознание.

    Следующий элемент - мироотречная тенденция. Об этом можно было бы говорить долго, но пойдем от простого наблюдения. Заметим, что в России человек, который любит вкусно поесть и выпить, любит женщин и любим женщинами, живет красиво, обустраивает свою жизнь —вызывает иррациональное отторжение. Другое дело — человек, который страдает, живет неустроенно, все у него на перекосяк - это наш, правильный человек. Наконец, русская культура - манихейская. Русское сознание делит мир на черное и белое, представляет противника как абсолютное зло. Любопытно что в силу логически не объяснимой закономерности "мы" - всегда Свет, "они" - всегда Тьма.

    Власть в России носит сакральный характер, и это - достаточно очевидно. Власть есть высшее выражение идеи иерархии. Она не подконтрольная обществу, лежит над законом, не познаваема и т.д.

    Наконец, последняя из значимых для нашей темы характеристик. Русская культура по своей природе - имперская. Идея империи лежит в ядре культуры. Мы можем наблюдать как легко, и просто реставрируются имперские смыслы, как поднимаются имперские настроения, с каким энтузиазмом подхватывает эти настроения молодежь. Те, кто в нашей стране называют себя националистами, на самом деле никакие не националисты. Это —имперские реставраторы. Данное различение важно и существенно. Сегодня самый надежный способ закопать русский народ и разрушить российскую государственность - реставрация империи.

    Совокупность базовых оснований перечисленных мною задает те явления и процессы, которые является предметом нашего с вами рассмотрения.

    Спасибо, коллеги.



    Самодуров Ю.В.

    Спасибо большое. Скажите, пожалуйста, много у нас вопросов? У нас целых 15 минут на вопросы.



    -Селезнева Татьяна Александровна, Тайшет.

    Исходя из двух моделей развития культуры, персоно-центристской и социо-центристской, я так понимаю, что мы к персоно-центристской будем очень долго переходить? Отношение к частной собственности не изменится, ведь испокон веков была пословица: трудом праведным не наживешь палат каменных и прочее. То есть, отношение к частной собственности не меняется, то каким образом, как собираются выстраивать демократическое государство? По крайней мере, возможен ли переход от одной модели к другой?



    Яковенко И.Г.

    Вопрос очень хороший. Вы помните, как у Тацита описываются германцы? Это что-то вроде нашей деревни. Хлябь, грязь, дикость. А поезжайте сегодня в Баварию, примерно в тех местах были Цезарь и Тацит - вам откроется совершенно другая картина. Культура при всей ее огромной устойчивости имеет свойство меняться. А почему она меняется? Культура существует неизменно ровно до тех пор, пока она эффективна. Вот российская традиция, которую я вам описывал, так или иначе существовала, минимально изменяясь, и смогла добрести до конца XX века. В 90-е гг. ее настигла историческая катастрофа, это очевидно. Российская культура переживает глубочайший кризис, а в кризисе есть, на самом деле, надежда на изменение. Мир устроен так, что общество не склонно изменяться от хорошей жизни. Скажем, сейчас хорошая конъюнктура на рынке энергоносителей. Деньги есть, поэтому никто ничего не меняет. Но когда цены упадут придется делать жилищную реформу, еще многое другое. Пока Россия могла существовать, минимально изменяясь, она держалась и за отторжение собственности и за другие вещи. Вот возможности существовать в неизменном виде закончились. Альтернатива очень простая: Либо носители той культуры, которую я описал, исчезнут вместе со своей культурой, просто их внуки и правнуки будут говорить на другом языке, молиться своим богам и понимать мир по-другому. Либо носители этой культуры пройдут путь самоизменения. В этом смысле традиции - вещь очень сильная, инерционная, устойчивая, но не абсолютная.



    -Аплодисменты.



    СамодуровЮ.В.

    Эти аплодисменты - за надежду. Еще вопросы?



    Вопрос - Еременко А.Г., Краснодар.

    Вот вы сейчас иллюстрировали, использовали артефакты, сравнивая западных купцов и т. д. А ведь наше традиционное купечество: « Из варяг в греки» - где мы растеряли это, на ваш взгляд?



    Ответ - Яковенко И.Г.

    «Из варяг в греки» - это, все-таки 1000 с лишним лет назад. Я так подозреваю, что страна, в которой мы с вами живем, и ее культура - формировалась в так называемой Суздальской Руси, а это не совсем продолжение Руси Киевской. Но и здесь были свои купцы. Дело в том, что в любой культуре реализуются альтернативные тенденции. Новгород, купеческое торговое государство, республика, проиграло в исторической конкуренции Великому княжеству, и было им уничтожено. А купец в Московии сидел, так сказать, под лавкой, знал свое место, кланялся каждому дворянскому околышу, нес подношения на дни тезоименитства, на все церковные праздники и отдельно на день рождения жены градоначальника. Он не был самоуважаемой фигурой, вокруг которой, так сказать, выстраивается общество. Это же проблема ценностей. И в Советском Союзе был рынок, но как мы к нему относились, как вообще советский человек относился к торговле? Это очень существенно.



    Вопрос -Татьяна Александровна Селезнева. Тайшет.

    Такой болезненный вопрос: нецензурная брань, очень болезненная проблема для школы, ее что, надо пережить? Или все-таки на законодательство надеяться? В настоящее время и через СМИ это на нас обрушилось. Детям говорим, так нельзя говорить, а они - как нельзя? Вот, смотрите и слушайте СМИ, пожалуйста - можно. Это факт, который надо пережить или все-таки можно что предпринять?



    Ответ ЯковенкоИ.Г.

    Я боюсь, что мой ответ вас разочарует. Я глубоко убежден, что нецензурная брань переживет нас с вами и переживет всех борцов с нею. Это некий неустранимый элемент культуры. Единственное, что может делать школа - это объяснять детям, что общество и культура устроены таким образом, что для разных сфер существуют свои подъязыки. Вот на концерте в консерватории говорят по-одному, а в туалете школьном говорят по-другому. Ты должен разговаривать в соответствии с нормами конкретной локальной зоны. В школе - по одному, в других местах ты можешь, но совсем не обязан, материться. Я сцепив зубы должен это принять. Вот все, что мы можем сделать. А вообще говоря, внедрение ненормативной лексики - это объективно очень мощный процесс. Он наблюдается последние 20 лет. Раньше в детской среде матерились меньше.



    вопрос -Горлова Елене Ивановна, из Волгоградской области. Я хотела продолжить вопрос коллеги. Вот когда вы нарисовали два пути - третьего не дано - и так убежденно сказали. И все-таки ваш личный прогноз оптимистический или пессимистический? И как вы полагаете, какая роль простого учителя в том, чтобы мы не пропали на историческом пути?



    Ответ - ЯковенкоИ.Г.

    Вы задаете почти запрещенные вопросы, относительно того, каково мое видение перспектив. Я выскажу, экспертное суждение и не более того. Экспертное суждение нельзя обосновать, его можно принять к сведению. Так вот, в ближайшие 20-25 лет Россия столкнется с серьезными историческими испытаниями. И из этих испытаний выйдет та часть общества, которая адаптируема к этому миру.

    Наверняка вам известна зубодробительная статистика —и средней продолжительности жизни, и детской смертности, и самоубийств и т.д. Но это обобщенные показатели по всему обществу. Когда же эти данные продифференцировали по одному параметру, выяснилось, что в России есть две разные группы, демонстрирующие принципиально разное поведение - люди с высшим образованием, а это, между прочим, 18% населения страны, порядка 25 - 28 млн. человек, и люди, не имеющие высшего образования. Так вот, пугающие показатели демонстрирует та часть населения, которая не имеет высшего образования. А что такое высшее образование? Оно маркирует людей по преимуществу модернизированных. Соответственно, отсутствие высшего образования маркирует людей преимущественно традиционной ориентации. Мы живем в стране, где есть два народа. Воспроизвелась ситуация первой половине 19 века. Меня не покидает ощущение, что традиционный сектор российского общества вступил в процесс схлопывания.

    Второй ваш вопрос, касался отдельного человека. Я убежден, что учитель, да и просто человек, который видит за собой какую-то социальную миссию, должен делать свое дело, должен видеть и понимать мир и объяснять его детям. Если дети не видят альтернатив тому, что показывает им телевизор или тому, что он видит на улице, то возможности, ребенку самому докопаться, дочитаться до истины, крайне малы, если не ничтожны. Если же ребенку явлена хотя бы одна альтернатива, если есть хоть кто-то, кто понимает мир по-другому и предъявляет собой эту альтернативу, то у человека возникает уже не потенциальная, а актуальная возможность свободы - он может выбирать. Наш долг - при всех обстоятельствах оставаться, что называется, хранителями и носителями, и поскольку это в наших силах, нести идеи, принципы и трактовки, которые нам органичны тем, кто вокруг нас.





    Самодуров Ю.В.

    Большое спасибо Игорь Григорьевич. Слушать вас очень интересно, но очень напряженно как-то. В конце концов стало что-то понятнее. Спасибо за то, что так стало.

    Мы переходим к теме следующего доклада, как бы для нас очень концептуального, для темы того, что мы делаем на конкурсе. Тема этого доклада - "Концепция прав человека и ее судьба в России". Фактически продолжение разговора об этом мы слышали, но под другим углом зрения. Очень важным для нашего зрения. Автор доклада, которого мы пригласили, это Ефрем Янкелевич, правозащитник 70-х годов. Он был вынужден уехать из России, и с момента, когда он был вынужден уехать, он был личным представителем Андрея Дмитриевича Сахарова на Западе, личным представителем, к которому поступали и воспоминания Сахарова, и его выступления, и его заявления. И он очень много сделал не только для того, чтобы этот материал сохранить, но и для того, чтобы объяснить эти идеи западному обществу, чтобы продвинуть их в Россию с той стороны - через Запад. Сейчас Ефрем профессиональный переводчик и, кроме того, в нашей библиотеке вы можете видеть, в прошлом году вышло новое издание, не академически полное, но наиболее полное на сегодняшний день, работ Сахарова, в том числе двухтомник его политических, публицистических статей и такое аналитическое введение к этим двум томам сделал Ефрем Владимирович. Пожалуйста.

  • Доклад «Концепция и судьба прав человека в России»
  • Концепция и судьба прав человека в России

    Докладчик: Ефрем Владимирович Янкелевич, правозащитник, профессиональный переводчик, официальный представитель А.Д.Сахарова на Западе в 1980-1989гг.

    «Во-первых, большое спасибо, что меня пригласили, мне очень приятно выступить здесь. Я не выступал перед учителями лет 35, наверное, с тех пор, как закончил школу, так, что немного волнуюсь. Моя дочь, правда, стала учительницей, но перед ней я тоже не выступал. Я буду пользоваться шпаргалкой, надеюсь, вы меня простите.

    Давайте мы начнем вот с чего: почему у нас такие проблемы с пониманием концепции прав человека, почему российское общество оказалось неспособным к восприятию этой концепции. И почему мне и, наверное, многим хотелось бы, чтобы оно восприняло ее.

    Почему права человека важны? Может быть даже, не просто потому, что это права, но и некий механизм, который обеспечивает нашу свободу. То есть наша свобода реализуема только в контексте прав, которыми мы обладаем. Если мы обладаем каким-то правом, то в пределах этого права мы свободны что-то делать или быть от чего-то защищены. А если прав нет, то о свободе говорить очень сложно. Ну, какая свобода? Это либо анархия, либо право того, кто сильней, кто богаче, кто занимает более высокую ступень в иерархии.

    Но мы не воспринимаем права человека. Эта концепция для 90% населения, по крайней мере, ни о чем не говорит. В лучшем случае для 10% она говорит о чем-то, но и то не слишком много. И даже правозащитники или те люди, которые называют себя правозащитниками, они тоже в большинстве своем, как мне кажется, не слишком ее понимают, если судить, например, по тому, что они выступали против права своих оппонентов, националистов, пройти маршем по Бульварному кольцу. Естественная позиция правозащитника - это защищать право всех пройти маршем. А как только они делят на тех, кому можно пройти, а кому нельзя, то сразу вся концепция прав человека распадается и, в общем, мне было очень странно слышать, что правозащитники занимают вот такую позицию.

    Я хочу поговорить о том, каковы условия для того, чтобы концепция прав человека возникла. Я попытаюсь что-то написать на доске.

    Для того, чтобы возникло понятие о правах человека, в обществе должны быть, по крайней мере, люди, которые обладают независимостью, правда? Если все кому-то подчинены и от кого-то зависят, о каких правах можно говорить? Значит, первое условие - НЕЗАВИСИМОСТЬ.

    И второе условие, чтобы концепция эта могла возникнуть. Она возникает естественным образом из отношений контракта между людьми. Вы договариваетесь с кем-то о чем-то, и у вас возникают какие-то права в соответствии с тем, о чем вы договорились. Второе условие - в обществе должны существовать ОТНОШЕНИЯ КОНТРАКТА ИЛИ ДОГОВОРА.

    И третье условие, чтобы концепция развивалась, и чтобы эти права могли существовать, это МЕХАНИЗМЫ ЗАЩИТЫ этих прав. Потому что, если может большой дядя прийти с дубиной и отнять у вас что-то, а вы не можете никуда пожаловаться, не можете свои права каким-то образом утвердить, опять нельзя говорить о правах.

    Итак, давайте посмотрим на две страны: на Россию и Англию. Тем более интересно, что их происхождение похоже, и то, и другое государство было образовано норманнами, викингами, то есть, пришельцами из Скандинавии.

    Мы говорим о Руси не Киевской, когда, начиная с 11 века, возникает довольно много княжеств на северо-востоке Руси. В основном, люди бегут туда от половцев. И что происходит? Это обычное общество для тех времен - удельное княжество, которое практически ничем не отличается от того, что было несколько раньше где-нибудь во Франции или в той же Англии. То есть никак на первых порах мы не отличаемся от них, ну, запаздываем, может, немного. А что происходит в это время в Англии? Это год 1215 или 1225. Происходит событие, которое изменило весь ход цивилизации, я думаю. А именно - у короля Джона были бароны, которые против него взбунтовались по разным причинам и заставили его подписать Магна Карту, по-русски это "Хартия вольностей". И в ней было много чего, но на одном пункте я остановлюсь. Бароны добились обещания, что без суда их нельзя ни казнить, ни ссылать, ни отбирать имущества, а судить их должны равные им. Это был очень важный момент, который дал по существу им независимость. Причем это касалось не только баронов, но и всех людей, которые были в то время свободны на территории Англии. Потом про эту Хартию забывали, говорили, что это был мятеж против короля, потом опять вспоминали, но ее положения оставались в английском и американском праве до 19 века практически. А кое-что и сегодня. Она имела долгое и большое влияние на историю англоязычного мира.

    А что происходит в это самое время в России? Тут происходит событие, которое надолго, а, может, и навсегда, отделяет Россию от Европы - татары. Приходят татары, и благодаря им, московский князь постепенно приобретает власть и права, сравнимые с римским императором, фараоном, может быть. В общем, его власть совершенно беспредельна. Уже Иван Грозный считал, что все его подданные - его холопы, и он может сделать с ними все, что хочет, а они не имеют перед ним никаких прав. Вот такое очень существенное разделение произошло. Потом, если мы посмотрим немножко дальше - 1698 г. - в Англии король подписывает билль о правах, это первый документ, где говорится о правах подданных. А в России пока все то же самое.

    Что важно подчеркнуть? Что в Англии не были все свободны, она совсем не была идеальна с точки зрения прав человека. Однако ситуация была следующая - вассалы не были зависимы прямо от короля. То есть, были и пэры, которые держали землю от короля. Но основная масса дворянства и других свободных людей, она была вассалами других вассалов короля. И от короля, в общем-то, особенно не зависела, а только платила ему налоги. А отношения их между собой регулировались королем, его законами, то есть их горизонтальные отношения, и отношения между лордом и вассалом, были подвластны закону, но не лично королю. Это очень важный момент. Во-первых, они были независимы, во-вторых, между ними существовали договорные отношения —договор между лордом и его вассалом. В третьих, были механизмы защиты. Они заключались в королевском правосудии. Право короля на престол зиждилось на том, что он поддерживал систему правосудия. Отправление правосудия и поддержание порядка считались главной функцией короны.

    Кстати, основоположником изучения социальной структуры феодальной Англии был московский профессор Павел Виноградов. Он уехал в Англию в конце 19 века, из за конфликта с властями, и стал там изучать огромные судебные архивы этого периода. И стал в Англии основоположником.

    Итак, все эти три условия в Англии выполнялись. В России не выполнялось ни одного. Дворяне продолжали оставаться холопами царя, и это их устраивало. Это продолжалось до Екатерины, практически, когда она подписала указ о вольности дворянства, что произошло в 1762 г., через 500 с лишним лет после Хартии вольностей. Этот указ даровал примерно то же самое, что и Хартия: право не быть сосланным, обобранным или казненным без суда. Но он касался не всех свободных людей, а только дворянства. И, во-вторых, он не был завоеван российским дворянством.

    Если вспомнить эпизод с коронацией Анны Иоанновны, который произошел незадолго до этого, то вы помните, что Голицын и Верховный совет решили, что поскольку ее претензии на трон, в общем, были лишены оснований, то давайте мы потребуем от нее уступок, чтобы она дала нам что-то вроде Хартии вольностей. Она согласилась, приехала в Москву, а гвардия сказала, что вы наша царица, и она торжественно порвала перед ними этот свой договор. То есть была попытка, одна попытка со времен Смуты, получить эти права, но она была никем не поддержана. Российское дворянство всех этих прав не добивалось. Это было служивое сословие. «Тому, кто верно служит права не нужны» - так оно видимо полагало. Оно просто получило их от Екатерины, а потом Павел отнял часть этих прав.

    И так это все продолжалось до 1905 года. Я должен сказать, что в начале века, вот такое ощущение, что российское общество, благодаря, в частности, указу о вольности дворянству (сколько лет прошло, довольно много), но и , конечно, освобождению крестьян, российское общество стало оживать, появились люди независимые, мыслящие, свободолюбивые. Хочу сослаться на один пример, который меня поразил. Я читал, переводил, воспоминания об Афанасии Матюшенко, который возглавил мятеж "Потемкина". Это был замечательный человек. Мы сейчас смотрим снисходительно: «А, "Потемкин", это все большевики придумали». А на самом деле в 1905 народ впервые стал бороться за свои права. И Матюшенко был очень свободолюбивый, мыслящий человек, я, например, гордился бы, если бы был с ним знаком. И в то же время происходит и религиозное возрождение, по свидетельству, например, Бердяева, то есть монополия официального православия на российскую духовную жизнь ослабевает, возникает много течений, народ обсуждает теологические вопросы. Возникает, действительно, нечто похожее на свободное общество. Но вот что дальше произошло, я не буду рассказывать, вы это все знаете. К сожалению, все это так закончилось, и прошло еще почти 100 лет, прежде чем что-то еще появилось.

    Чтоб показать вам, в каком состоянии находились права человека в это время, около 1905 г. Я недавно прочел в газетах того времени известие о том, что телеграфисткам не разрешалось выходить замуж ни за кого, кроме телеграфистов, чтобы они не разглашали тайны того, что они там получали. То есть таково было представление о правах человека. Право женщины выбрать себе мужа - такого не было. Никому из чиновников не приходило в голову, что это естественное право человека - найти свою половину.

    Вот такое было наследие, которое мы получили к 1905 г. и только тогда это начало меняться, в связи с указом о свободах слова и собраний, тоже. Между прочим, не так все просто, потому что не существовало механизмов защиты этих свобод. Суды наверно даже и не знали, как рассматривать такие дела, я не думаю, чтоб кто-то пытался прибегнуть к судебной защите. Вообще, беда с такими указами, что они даруют права, но не дают механизмов защиты этих прав. Как и с сегодняшней Конституцией —права дарованы, а как защищать их непонятно. Кроме того, манифест о свободах не действовал в губерниях, в которых было введено особое положение, то есть в большинстве губерний.

    Но я хочу указать еще на то, что мне кажется важным, это уже не внешние факторы, которые я перечислил, а, скорее, идеологические факторы. Наверное, кто-то из вас, а может и многие, слышали имя такого американского философа Генри Торо, это 19 век. Интересно понять, какова была ментальность этих людей, для которых права человека многое значили. Он, например, считал, что личные убеждения человека, его личная мораль выше, чем государство, выше, чем требования общества и государства. Этот момент очень важен, чтобы права человека были восприняты. Для этого нужно принять, что ценность индивидуума выше, выше ее ничего нет, что государство может что-то требовать, что иногда приходится уступать этим требованиям, но что превыше всего - это мораль индивидуальная. Он, например, не был согласен с войной, которая велась Америкой в Мексике, в то время, и отказался платить налоги, за что отсидел 2 дня, по-моему, в тюрьме. Он был наиболее ярким выражением того протестантского подхода к общественным проблемам, который был характерен для Америки и частично Европы.

    Вообще о роли протестантской Реформации можно многое сказать, но это большая тема. Я упомяну только книгу Мартина Лютера «Свобода христианина». Он писал о том, что никакие власти, ни светские, ни духовные не могут вмешиваться в отношения между человеком и Богом, что человек должен быть свободен, чтоб следовать своей вере. Это начало 16-го века, между прочим. В современном протестантском толковании, человек должен быть свободен, чтоб сознательно выбирать между добром и злом. Всего этого, конечно, не было и нет в русском, византийском православии. Оно учило и учит подчинению духовным и мирским властям.

    И тут я хочу прыгнуть сразу от Лютера к советским диссидентам. Меня просили рассказать о диссидентском движении 60-70-80-х. Но мне кажется, что это отдельная тема, которой я, наверное, касаться особо не буду. Просто скажу, что, по моим впечатлениям, эти люди были идейными наследниками таких философов как Торо, и вообще такого протестантского подхода к отношениям личности и общества.

    Я был знаком со многими тогдашними диссидентами. По моему мнению, они были люди, для которых их моральные принципы, их понятие о добре и зле было превыше всего, имело приоритет над всем. И отсюда уже следовало их восприятие прав человека как естественного продолжения этих позиций.

    И напротив, для этатиста, для человека убежденного, что «государственные интересы» превыше всего —для него права человека это бессмысленная концепция.

    И в заключение я хочу еще сказать немного на более общие темы, о политической философии. Вы, наверное, слышали про человека, которого звали Томас Гоббс. Может, не слышали. Это такой английский философ 17-го века. Он написал книжку, которая называется «Левиафан». Левиафан у него —это государство в образе морского чудовища. Это был человек, я думаю, самый крупный мыслитель всех времен и народов в политической философии, то есть вся западная, по крайней мере, политическая философия обязана этому человеку, который развил теорию общественного договора. По Гоббсу общественный договор заключался в том, что люди договариваются между собой о том, чтобы передать все свои права в пользу некоего властителя, монарха или кого-то еще с тем, чтобы он обеспечил им защиту и безопасность. То есть, чтобы жить в неких условиях безопасности и общественного порядка, необходимо отказаться от всех прав и передать их некому владыке. Это, конечно, не всем понравилось, его теория была подправлена другими людьми, например Джон Локк был после него. Тот говорил, что люди договариваются между собой отдать не все права владыке, а только некоторые, например такие, как право на насилие. Многие остальные права они оставляют за собой, и это договор не только между ними, например, между теми, которые вот здесь собрались, а договор между нами и владыкой, который за то, что мы отдаем ему некоторые наши права, гарантирует нам уважение остальных наших прав.

    По существу, система российского государственного устройства, примерно со времени прихода татар - это Левиафан Гоббса. Люди отказались от всех своих прав, отдали их владыке в обмен на безопасность и некое подобие общественного порядка. И это до сих пор еще продолжается. И наша задача в том, чтобы перейти от модели Левиафана к общественному договору, выраженному Локком, например, который сейчас является мироощущением любого человека на Западе. Любой человек на Западе понимает, что связан со всеми неким договором. Договор заключается в том, что он уважает права всех и каждого в обмен на то, что все и каждый уважают его права. И он требует от правительства, чтобы оно обеспечивало уважением его прав и не нарушало их. Вот когда мы научимся уважать друг друга и терпеть не только свою, но и чужую свободу и относиться к ней с уважением в обмен на то, что и к нашей свободе будут относиться с уважением. Когда мы научимся требовать от государства того, чтобы оно уважало наши права и когда мы начнем понимать, что нарушение права одного из нас это прямая угроза правам каждого из нас. Вот тогда, я думаю, мы перейдем к этой модели, так сказать, более просвещенной. Вот, собственно, и все. Спасибо.



    Кассета № 2.



    - Александр Миронов, город Братск.

    Спасибо за лекцию. У меня вопрос, собственно не к самой лекции, а к ее названию: «права человека» в кавычках —это намерено или ошибка?



    Ответ Янкелевич Е.В.

    Знаете, я не называл ее, так назвали организаторы.



    Ответ Самодуров Ю.В.

    Это моя ошибка редактора. Никакого оттенка «так называемые» здесь нет. Просто как сущность.

    Ответ Янкелевич Е.В.

    Просто речь шла о том, что мы будем говорить об идеологии прав человека в России, есть ли она, нет ли ее.



    Самодуров Ю.В.

    Если вопросов больше нет, я благодарю докладчика. У нас есть время для того, чтобы попросить Евгению Элеонардовну сделать технические сообщения о ваших разных административно-финансовых и других проблемах, о которых никогда не хватает времени сказать.



    Колтановская Е.Э.

    Я приветствую всех как координатор 5 конкурса Учителей России. Сегодня во второй половине дня мы с вами будем присутствовать на церемонии награждения победителей Конкурса, а перед этим пойдем обедать в американский бар-кафе, который находится по адресу Земляной вал, дом59, это по Садовому кольцу через Яузу. В перерывах между заседаниями у нас будет кофе-брейк в круглом зале. Еще одно разъяснение —для вас подготовлены подарки: несколько книг бесплатно. Это «История ГУЛАГа», «О чем молчал Катынский лес, когда говорил Андрей Сахаров»; «Тайна мифов и мифология тайн»), общества « Возвращение»( «Есть всюду свет»), Польского культурного центра («Спи, мужественный»), Рязанского «Мемориала» («Карта», Международного общества права человека («Гулаг: его строители, обитатели и герои»), Фонда Холокост («Помнить, чтобы жить»), Международного благотворительного фонда «Созидание» («Права, обязанность и ответственность»), Издательство «Формика - С» («Донос на Сократа»). Издательство «АЭРО XXI век» организует продажу своей продукции. Относительно культурной программы. Мы с вами идем в здание на Крымском валу, это Государственная Третьяковская галерея, мы называем это —новое здание Третьяковки, хотя оно уже давно не новое. Экскурсии в Третьяковскую галерею «Современное искусство - как язык защиты Свободы» , ведущая - Юлия Лидерман, кандидат культурологи, ст. научный сотрудник отдела «Новейших течений» ГТГ и

    Экскурсия в Архив А.Д.Сахарова, ведущая - Бэла Коваль, заведующая архивом А.Д.Сахарова. Обе проходят в одно и тоже время в воскресенье, поэтому на них надо записаться заранее. Для вас экскурсия будет бесплатная.

    Теперь о посещении театров. Мы подготовили вам несколько сюрпризов, и во время церемонии награждения я скажу, как эти сюрпризы мы с моими коллегами осуществим. Мы предложим вам билеты в качестве такого сюрприза. Два театра предложили нам билеты бесплатно: театр Моссовета и Ленком. В Ленкоме 12 мая —спектакль «Тартюф», в театре Моссовета —«Мораль пани Дульской». Вы придете в кассу с нашими бланками в 18.30 и вам дадут билеты. А еще в один театр, Марка Разовского, мы смогли билеты купит на спектакль «Песни нашего двора». Обращались мы еще в несколько других театров. Сегодня обещает нам театр «Сатирикон» предоставить билеты, но пока вопрос решается.



    Самодуров Ю.В.

    У нас сейчас будет перерыв. Соответственно в этом зале собираемся в 12. 45. Спасибо.


    5-й конкурс учителей. Конференция по итогам V Конкурса учителей 10 - 13 мая 2007 года.


    Смотрите на сайте:






    © 2001 - 2012 Sakharov Museum. При полном или частичном использовании материалов ссылка на сайт www.sakharov-center.ru (hyperlink) обязательна.